Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Соавторы

Одной из самых значительных фигур в лесу был Медведь. Имел, так сказать, вес. И при том немалый. Вес складывался из конкретной медвежьей лепты в общем деле. А лепта была впечатляюща: Медведь являлся автором огромного количества книг, освещающих вопросы такого широкого спектра, что глаза разбегались. С непринужденной легкостью ему удавалось рассуждать о квантовой физике, метаболических процессах в простейших организмах, о мужских и женских рифмах японского стиха, а также основах бытия и принципах сознания. Чувствуя себя комфортно в столь различных областях знания, Медведь в конце концов пришел к неизбежному выводу, что именно краткость является сестрой таланта. И поскольку с талантом все было нормально, Медведь решил породниться и с его сестрой тоже. Так появилась Большая книга Мудростей - многотомная сокровищница звериной мысли. Медведь выступал в качестве ее составителя, а также возглавлял Авторитетную комиссию по отбору мудростей, которую пришлось в срочном порядке создать, после того как количество желающих попасть в анналы истории разрослось до устрашающих размеров. Грубо говоря, каждый червяк считал, что любое изреченное им слово уже является мудростью, а значит его необходимо внести в Книгу.
Поначалу комиссия работала именно над оценкой поступающих на ее рассмотрение мудростей, после чего решала - достойны они или нет для занесения в Книгу. Однако постепенно ее функции расширились, и комиссия стала заниматься также рассмотрением и рекомендацией к печати отдельных научных трудов.
Медведь давно уже был академиком на пенсии, но работать продолжал, справедливо считая, что у него нет преемника. Одно время он прочил на свое место весьма способного Лиса, но тот совершенно неожиданно оставил науку и ушел в народ. Остальные претенденты только и делали, что сами себя считали претендентами, но им явно не хватало всего комплекса качеств, которым и должен обладать руководитель. Правда, совсем недавно появился довольно неглупый молодой Бурундучок, который неплохо справлялся с порученной ему работой, проявляя завидное трудолюбие и организаторские способности. Но ставить вместо себя Бурундучка Медведь считал несолидным.
Бурундучок возглавлял отдел принятия рукописей, то есть все соискатели на публикацию первым делом попадали к нему на прием.
В приемной, положив пухлую папку с рукописью на колени, сидел Ежик. Буквально - как на иголках. Ежику было с чего волноваться. Во-первых, сейчас на коленях в папке лежал труд всей его жизни. Во-вторых, тема была очень острой и спорной, а потому шансов на публикацию было немного. В-третьих, Ежик считал, что Бурундучок по каким-то непонятным причинам его недолюбливает. Последнее опасение было, естественно, самым опасным, но с другой стороны - наверняка было неизвестно, а значит оставался шанс. Тут из кабинета донеслось: «Войдите!..» И Ежик, глубоко вздохнув, встал и , прижимая рукопись к груди, вошел в кабинет.
- А, здравствуй, здравствуй, рад тебя видеть, - Бурундучок улыбнулся, но из-за стола не встал, а лишь кивком указал Ежику на стул, - Ну, с чем пожаловал.
К Ежику вернулось привычное самообладание, и он сказал небрежно:
- Да, накропал тут небольшую книжицу. Не посмотришь? - и он положил на стол папку.
- Посмотрю, отчего же не посмотреть, - Бурундучок деловито нацепил на нос очки, придвинул к себе рукопись и вслух прочитал название, - «Лингвистическое обоснование предметного существования человека как индивидуума».
Бурундучок поморщился:
- Ежик, ну ты же умный, солидный ученый. Все про тебя давно это знают, зачем же еще выпендриваться? Неужели нельзя сказать проще? Например, так - «А были ли люди?»
- Ага, чтобы первый же корректор указал мне на это изысканное фонетическое «ли-ли-лю...», и первый же редактор уточнил не является ли подобный вопрос парафразом известного «А был ли мальчик?», - Ежик усмехнулся.
Бурундучок посмотрел на него поверх очков и тоже усмехнулся: или Ежик совсем ничего не понимает, или он понимает слишком много. Одно из двух.
- Ну ладно, не в названии, в конце концов дело, - сказал Бурундучок примирительно, - Рукопись я посмотрю. Заходи через пару недель.
Когда Ежик вышел из кабинета, Бурундучок встал, убрал рукопись в шкаф и задумался. Он сидел в кресле и, покусывая кончик карандаша, думал о том, что совсем скоро в его карьере наступит долгожданный перелом. Вот и Ежик как раз подвернулся...
Две недели пролетели незаметно. Ежик снова сидел в приемной. Теперь он волновался сильнее прежнего - ведь сейчас ему должны были сообщить результат. Самое забавное, что Ежик примерно знал о том, что ему скажут: негласные условия публикации рукописей были всем известны. Но волнение от этого только усиливалось. Снова прозвучало магическое «Войдите», и Ежик с бешенно колотящимся сердцем вошел в кабинет.
На сей раз Бурундучок вышел посетителю навстречу, горячо пожал лапу, предложил сесть и сам сел тут же, по-простецки на второй стул, стоящий рядом.
- Что я могу сказать? Ты просто превзошел самого себя! - начал Бурундучок с восторгом.
«Ладно, это мы знаем, дальше, дальше говори,» - подумал про себя Ежик. А Бурундучок тем временем пел дифирамбы, заливаясь на все лады соловьями и кукушками (последние медленно, но верно, отсчитывали в Ежиковой душе время, которое осталось до принятия решения). Бурундучок расхваливал рукопись вдоль и поперек, впрочем, ничего не сказав по существу. Когда он, наконец, замолчал, Ежик вежливо поблагодарил за столь лестный отзыв и не без волнения спросил:
- А что с публикацией?
Бурундучок встал, прошел к окну. Потом сел в свое кресло, достал карандаш и, слегка покусывая кончик, как бы извиняясь сказал:
- Вот с публикацией, боюсь, могут возникнуть проблемы.
«Так. Говори же дальше, не тяни» - подумал Ежик с нетерпением.
И Бурундучок сказал:
- Тема, как ты сам понимаешь, очень спорная, а потому,.. - он сделал эффектную паузу. У Ежика вспотели иголки.
Выждав еще немного, Бурундучок договорил:
- ...а потому нужен толкач.
- Я согласен, - сразу же выдохнул Ежик, - Кто?
- Сам, - важно сказал Бурундучок, слегка закатив глаза - И название все-таки придется сменить. То, которое ты предлагаешь, согласись, не в медвежьей компетенции.
Ежик поморщился как от зубной боли:
- Я согласен на толкача. Но пойми ты - это труд всей моей жизни! Пусть останется мое название!
Бурундучок равнодушно смотрел в окно. Ежик понял, что ничего не выйдет, что все уже решено. Ладно. В конце концов, главное - печатают. Его, Ежиков труд всей жизни, - печатают!
- Есть и еще одно маленькое условие, - услышал он спокойный голос Бурундучка.
- Какое?
- Второе имя будет мое.
- А мое?
- А твое - третье.
Ежик был ошеломлен.
- Как? - только и смог он выговорить.
- Очень просто, - пояснил ему Бурундучок, - на обложке будет значиться автор - Медведь и два соавтора - Бурундучок и Ежик. Меня необходимо поставить вперед, ведь я на «б», а ты всего лишь на «е».
Придя в себя, Ежик проговорил:
- Но ведь раньше всегда был один толкач...
- Времена меняются, - равнодушно сказал Бурундучок, потом спросил, - Ну так как? Будем печатать или зарежем в связи со спорностью темы?
Ежик опустил голову.
- Твой наклон головы я могу расценивать, как «да»? - уточнил Бурундучок.
Ежик ничего не ответил и вышел из кабинета.
В тот же вечер он напился до беспамятства, пытаясь по примеру древних найти в вине истину. Истина все никак не находилась, зато пришло прозрение. В конце концов, что важнее ему, уважаемому Ежику: донести до читателя свет правды или прославиться? Он и так уже довольно знаменит, ширится круг его учеников и сподвижников, и публикация его основополагающего труда станет заметным событием в жизни общества. И разве так уж важно, что его имя будет лишь третьим? В лесу давно известно, что просто так опубликовать книгу невозможно - обязательно нужен толкач. Медведь всегда им был. Ведь у него связи, имя, положение, вес, в конце концов! Но Бурундучок-то каков подлец, а? Делает карьеру. Метит в преемники. Нет, это нельзя так оставлять! И Ежик, движимый праведным гневом восставшей справедливости, хотел было тут же направиться к Медведю, но сделав пару шагов, свалился и мгновенно уснул тяжелым сном.
Наутро болела голова. Иголки пришли в ужасное состояние. Но Ежик нашел в себе сил привести себя в порядок и явиться на прием к Бурундучку.
В приемной он встретил Зайца. Тот был бледен, лапы его дрожали.
- Ты слышал, - спросил он Ежика, - говорят, теперь два толкача?
Ежик кивнул.
- И что же делать?
Ежик пожал плечами, потом проговорил:
- Буду печататься. Ну их... Пусть делают, что хотят. Я уже не так молод, мне ждать некогда.
Тут из кабинета выглянул Бурундучок, увидел Ежика, кивнул ему: «Заходи».
В кабинете сидел Медведь. Ежик безучастно сел на стул. Бурундучок суетливо достал из шкафа рукопись, сказал, обращаясь к Медведю:
- Ваш новый труд. Не желаете прочитать?
Медведь поморщился:
- Что мне, делать больше нечего?
- Конечно, конечно, - закивал головой Бурундучок. Потом пододвинул Медведю договор на издательство книги объемом в пятнадцать печатных листов. «Людей никогда не было!» - именно так назывался теперь фундаментальный труд, в котором Ежик доказывал обратное. Он хотел было возразить, потом махнул лапой и третьим поставил свою подпись.
- Ну что же, уважаемые соавторы, - на правах хозяина кабинета обратился к присутствующим Бурундучок, - предлагаю отметить это радостное событие. Тем более, что у меня это, можно сказать, юбилейное издание - десятое.
- Так у тебя, что ж, - удивился Медведь, - уже десять книг?
Бурундучок скромно кивнул. Ежик поперхнулся коньяком.
- Ну и мастак ты, однако, - Медведь хотел было хлопнуть Бурундучка по плечу, да побоялся придавить. «Маловат, черт бы его побрал, - подумал Медведь, - но ловок, да и целых десять книг - не шутка».
Через пару недель Медведя торжественно с почестями проводили на заслуженный отдых. Место председателя Авторитетной комиссии по отбору мудростей занял Бурундучок.
ноябрь, 2002 г.
Tags: Звериные сказки
Subscribe

  • Дополнение на сайт

    Сейчас обнаружила, что давно не обновляла список всего изданного на сайте - https://nastyabook.ru/portfolio.html Там он заканчивается на пункте 168.…

  • Издание № 175

    Все сбилось и перепуталось с нумерацией, но некоторые книги готовы к сдаче в печать давным давно, а потом процесс затягивается. В то время как другие…

  • Отрывок из новой книги

    Сейчас заканчиваем работу над одной рукописью. Главная героиня - из репрессированных: работала после войны разъездным фельдшером в Забайкалье.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments