Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Categories:

Анатолий Аграновский

8 января 1922 года родился Анатолий Аграновский.

Это имя известно любому отечественному журналисту, потому что в каждой профессии есть те, кого называют - корифеи. Аграновский, без всякого сомнения, был корифеем советской журналистики. А корифеев, как известно, много не бывает. Навскидку - Ярослав Голованов, Василий Песков, еще - Стуруа, Овчинников. Конечно, Михаил Кольцов. Ну и Влас Дорошевич с Гиляровским - из досоветского наследия.

Между прочим, философ Александр Пятигорский сказал как-то, что все самые интересные, смелые и при этом оправдавшиеся политические прогнозы делают как раз не политики, экономисты, военные и даже ученые, а именно журналисты.

Публицистическое наследие Аграновского мы изучали в университете на курсе "Художественно-публицистические жанры". Аграновский был мастером очерка - вершины журналистского мастерства, где репортажные наблюдения органично соседствуют с принципами, по котором строится серьезная проблемная статья, и к тому же щедро приправлены значительной порцией философских размышлений, которые отдажают авторский взгляд на действительность. При этом все должно быть подано просто и красиво, как и положено художественной публицистике.

Очерки Анатолия Аграновского являли собой как раз такой пример. И даже чуточку больше.

Помню, как преподаватель просил нас соотнести один из них - рассказ о белорусском председателе колхоза, гремевшего тогда на весь Союз, - с каким-нибудь литературным жанром. Это оказалось не так просто. Потому что как раз на рассказ очерк явно не тянул - разве что по размеру. В конце концов преподаватель подвел нас к мысли, что, как правило, все очерки Аграновского похожи на... романы. Точнее сказать - конспекты романов. В шестистах строчках газетного текста Аграновскому удавалось развернуть всю панораму жизни героя, при этом расставить акценты при помощи несущественных, казалось бы, мелочей, которые на поверку оказывались очень важными вешками и даже вехами жизни. Отчего возникали аллюзии на жизнь всей страны. И это было поразительное мастерство: каждое предложение можно было разворачивать в отдельную главу.

Нам надо было научиться писать так же. Но чем дольше я работаю со словом, тем острее понимаю - насколько сложно писать ТАК.

И с каждым годом - все сложнее и сложнее.
Tags: Нива
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments