Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Тень сна.

Возможность побеседовать с Юрием Матвеевым была воспринята как подарок. Хотя, если вдуматься, подарки должны были получать они с Артемом Якушенко - все-таки их "Белому острогу" исполнилось уже 15 лет.

Свой день рождения музыканты, давно живущие в Москве и успешно гастролирующие по всему миру, отметили, конечно, концертами и, естественно, на родине - в Иркутске. А также дали один концерт в Ангарске - городе, где родился и вырос Артем.

Во всем мире "Белый острог" знают как "Two Siberians". По-началу они думали перевести дословно, но "White Fort" на американских просторах понималось просто - слово "форт" лишено того более глубокого и совершенно специфичного смысла, которым наделен "острог". "Для американцев форт - всего лишь оборонительное сооружение, где белые от индейцев прятались, - говорит Юрий, - так мы и стали для них "Двое из Сибири".

Этот англоязычный вариант оказался весьма удачным. В нем традиционная для музыкантов склонность к космополитизму, когда "везде хорошо, где можно музыку играть", удачно сочетается с патриотизмом. С него мы и начали наш разговор.

 

Латинский квартал.

- Когда вы за рубежом даете интервью, как вы говорите откуда вы - из России, из Сибири, иркутяне или с берегов Байкала?

- Обычно говорим, что мы - с берегов легендарного озера Байкал, самого чистого, самого глубокого в мире.

- Байкал чем является в вашей жизни?

- Он оказал на меня огромное влияние. Ведь я вырос на его берегу. Буквально - пока учился в школе, мы жили в Байкальске. Потому у меня существует совершенно особенное притяжение к Байкалу.

- А любимое место в Иркутске?

- Набережная, особенно летом. И сквер Кирова.

- Как вы думаете, чего не хватате современному Иркутску?

- Мне не нравится, когда говорят: провинция. У нас смысл этого слова совсем иной - уничижительный. Если у нас говорят провинция, то имеют в виду, что значит здесь все хуже, чем в центре. Такого в мире нигде нет. Конечно, в Америке маленький десятитысячный городок отличается от Нью-Йорка, но люди там имеют такие же возможности. И более того, они гордятся своим городком. А мы тоже можем гордится Иркутском. Ведь именно он - центр России.

- Почему?

- Географически так сложилось. Иркутск - середина земли. А Москва - всего лишь столица. Правда, и тут у нас всего понамешано: раз столица, то значит это и политический, и экономический, и культурный, и все прочие центры. Все в ней сосредоточено. Это неправильно. Надо, чтобы они были равномерно рассредоточены по всей стране: культурный центр в Санкт-Петербурге, политический в Москве, а столица пусть будет в Иркутске.

- Как часто у вас возникает желание приехать в Иркутск?

- Желание такое есть постоянно. Но, конечно, одного желания мало - нужны люди, которые помогают нам организовывать концерты. Уже много лет таким образом мы сотрудничаем с компанией "Сибтелеком" и очень ей благодарны.

- Как на ваш взгляд человека, побывавшего в разных концах мира, обстоят дела в сегодняшней России?

- У нас становится лучше. Но думаю что вот это ощущение "лучшести" - оно сидит внутри каждого человека. Это должно быть общественной позицией, которую прививают еще в детстве. Ведь если мы сами собой довольны и сами себя любим, то и наше отношение к жизни меняется. Очень простая зависимость: как только люди будут себя лучше ощущать, так и жизнь в стране изменится. А не наоборот. Когда люди не будут за границей стесняться того, что они - русские. Это ведь только русские за границей стесняются друг друга.

- А вы?

- А мы с Артемом очень патриотичны. И всегда гордимся тем, откуда мы родом. И гордимся и радуемся за наших россиян. Вот недавна Марат Сафин выиграл в Америке - просто здорово.

- Какая страна вам особенно запомнилась?

- Мне понравилось в Перу. Это были самые первые наши гастроли - мы ездили в составе "Театра Пилигриммов", принимали участие в фестивале. Осталась масса впечатлений. А вообще мне много где нравится - в Индии, в Америке, вся Европа. Мне все к душе лежит. Комфортно там, где я нахожусь в данный момент. Конечно, если не слишком холодно и нет каких-то других общечеловеческих дискомфортов.

- Латинская Америка произвела на вас особое впечатление. Это чувствуется и по вашей музыке, особенно ранней. Вы, случайно, не любитель Кастанеды?

- Конечно. И до сих пор. Мы с его книгами познакомились уже после того, как побывали в Латинской Америке. У меня есть все его книги. В том числе вышедшая совсем недавно - там собраны ранее не публиковавшиеся лекции и интервью. К Кастанеде я постоянно возвращаюсь.

Фиеста.

- И что для вас тогда особая реальность? (так называется один из альбомов "Белого острога" - А. Я.)

- Мне кажется, каждый человек существует в какой-то особой реальности. Кроме того, что у нас есть еще общественная реальность, общечеловеческая. Ведь мы же в социуме существуем. Что не мешает каждому иметь еще свою - особую, - реальность. При этом человек может менять ее, согласно своим желаниям и возможностям.

- Насколько ваша особая реальность пересекается с общественной?

- Нормально пересекается. Мы на конфликт с обществом никогда не шли - потому что нам этого не хотелось. Для музыкантов у нас и биография довольно скучная - мы никогда ни от кого не прятались, нас никто не преследовал, в скандалах не участвовали.

- Потому что сами неконфликтные?

- Может быть. Мы не видим смысла в насилии. Думаю те, кто приходят на наши концерты - тоже.

- Однажды в Америке вы играли на улице...

- Да, это была идея нашего менеджера. Он купил нам разрешение играть несколько дней в самом центре Манхэттена, там, где основной поток людей - на Тайм-сквер. Тогда мы играли по одиннадцать часов и продали 4 тысячи дисков - это был потрясающий результат. И большое испытание для нас - на самом деле очень трудно привлечь внимание людей, которые идут по своим делам мимо.

- А как вас принимали вчера в Ангарске?

- Публика встретила отлично.

- Вас дома всегда хорошо встречают - неизменно аншлаги и полные залы. Как вы думаете, почему?

- Никогда не задумывались над этим. Мы просто всегда играем, как можем. В полную силу.

- А бывает, что вы импровизируете?

- Конечно. Это зависит прежде всего от желания импровизировать, как-то разнообразить музыку. Но иногда бывает и так, что просто из-за каких-то случайностей приходится выкручиваться при помощи импровизации. Не так давно мы были в Индии. Вот там была импровизация в чистом виде - самая настоящая, реальная концертная импровизация. Там собрались люди, которые никогда до этого друг друга не видели, и играли все вместе концерт.

- Вы часто выступаете на различных фестивалях, в том числе и джазовых...

- Да. Но с неменьшим успехом мы играем на рок-фестивалях, выступали в поп-концертах, принимали участие в фестивалях этнической музыки. Буквально несколько дней назад в Ярославле мы выступали вместе с симфоническим оркестром. Но самый первый фестиваль, в котором мы приняли участие еще будучи студентами Иркутского училища искусств, - это Всесоюзный джаз-фестиваль в Новосибирске. Мы даже стали его лауреатами.

- Но ведь вы играете не джаз?

- Нет. Хотя сейчас понятие джаза и стало шире. Мы играем достаточно новую музыку, в которой используем совершенно разные направления. Получается современная инструментальная музыка, для определения которой одного всеобъемлющего слова пока не нашлось.

- Но критики его ищут?

- Видимо, да. Но мы одни в таком стиле играем - сами его создали и сами играем. Если у нас появятся последователи, тогда, наверное, и определение стилю найдется.

Журавлиные перья.

- Что вы любите?

- Раньше я бы мог ответить на этот вопрос. Например, думал, что люблю бананы. Потом думал, что люблю спать. А сейчас... В разное время люблю разные вещи.

- Во что верите?

- Что значит "верить"? Есть слово "знать" или "не знать". Но если вера - в смысле то, что ты делаешь, а не кому-то и не во что-то, тогда я верю в то, что делаю. И люблю свое дело.

- О чем вы мечтали в детстве?

- О многом. Я и сейчас еще мечтаю. Но самая первая и главная - это научиться играть на гитаре. Это, наверное, класса с первого. Гитару слышал - очень нравилось. Я тогда жил в Байкальске, а в то время крупные предприятия могли себе позволить содержать при клубах оркестры и другие музыкальные коллективы. Был свой оркестр и у БЦБК - в нем играли высокопрофессиональные музыканты. У них я и брал первые уроки, с ними играл.

- Оттуда и в училище пошли?

- Нет, я учился в математической школе и потому поступил в политех, на кибернетический фаукультет. Четыре года проучился, но потом все-таки ушел в училище. Там мы встретились с Артемом.

- А когда появилось желание самому сочинять музыку?

- С самого начала. Мне было проще самому сочинить, чем учить произведения других

- Сколько концертов вы сыграли в своей жизни?

- К сожалению, мы никогда не вели учет. А надо было. Мы это сейчас поняли. Наверное, внушительное число получилась бы за 15 лет.

- А самый запоминающийся?

- Вчерашний, наверное.

- Почему?

- Потому что последний. Мне сложно разговаривать о концертах, потому что там происходит какой-то сдвиг. Начинаем играть и... Потом будто ничего не было. После концерта к реальности возвращаешься постепенно.

- Это у всех музыкантов так?

- Не знаю. Но я поспрашиваю.

- А вы со многими знаменитыми музыкантами общались?

- Да, когда жили в Америке. Мы общались со многими живыми легендами. Они казались нам недосягаемыми, когда мы учились в училище.

- Что, кроме музыки, вам близко по духу?

- Мы много общаемся с художниками, у нас в Москве друзья-галерейщики. Еще люблю кино - боевики, которые не напрягают. Хотя из последнего мне понравился "Апокалипсис" Мела Гибсона.

- Ваши предпочтения в еде?

- Артем превосходно готовит, с ним вы на эту тему могли бы интересно побеседовать. Я к еде равнодушен.

- А хобби у вас есть?

- Жить и играть на гитаре.

Забытое имя.

- Юрий, я перед интервью знакомилась с вашей дискографией на CD и почему-то не обнаружила там альбома "Тень сна". Вы его не перезаписывали?

Юрий смотрит на меня с удивлением. Тогда я достаю старую аудио-кассету, купленную году в 93 или 94. Белая обложка с абстрактным рисунком, узнаваемый значок ПИК-аудио - самой известной иркутской звукозаписывающей студии того времени. Юрий берет кассету, рассматривает.

 - Да, я сейчас вспоминаю, как мы его записывали. Надо же, столько лет прошло! А теперь вот запись утеряна...- И у вас совсем нет такой записи?- Надо же, ПИК-аудио - да, помню... Мы записывали этот альбом, но он у нас так нигде и не вышел потом. И записи у нас его не сохранилось.

- Ничего себе! Так это раритет?!

- Да. Просто поразительно, что он сохранился. Вы позволите, я с обложки сниму ксерокопию?

Вот это да! Оказывается все эти годы у меня дома на полке стояла обыкновенная кассета с необыкновенным, - можно даже сказать эксклюзивным, - альбомом "Белого острога". Оригинала записи которого нет даже у самих музыкантов. Не может быть! Потому я уточняю:

 - И у вас совсем нет такой записи?

- Да, к сожалению, - говорит Юрий.

Название аудио-альбома оказалось весьма символичным: "Тень сна" - это было так давно (как во сне), в самом начале их музыкальной карьеры. И что осталось от того сна?Лишь тень.Такая же призрачная, как сон. Такая же ни на что не похожая, как их музыка. Возможно, о ней и не вспомнили бы. Но Настоящая Музыка никогда не исчезает бесследно.

 - Да, я сейчас вспоминаю, как мы его записывали. Надо же, столько лет прошло! А теперь вот запись утеряна...

Как же утеряна, хочется возразить мне, когда вот она - прямо в руках! И я, конечно, дарю Юрию Матвееву свою (их с Артемом!) кассету. И вижу радостное и благодарное удивление в его глазах. Отчего и мне невыразимо приятно - пусть маленький и скромный, но как оказалось, такой дорогой подарок для любимых музыкантов к их 15-летию. Из тех времен, когда они были еще мало кому известным дуэтом скрипача и гитариста.

Но уже были "Белым острогом".

 

Журнал "В хорошем вкусе", январь 2007 г.

(в качестве подзаголовков использованы названия композиций из альбома "Забытое имя" группы "Белый острог").

 

Tags: Пахота
Subscribe

  • Возвращение: фильм, который Тарковский не снял

    Начиная с нынешнего лета я смотрю ретроспективу советского оттепельного кино. Сейчас добралась до 1964 года — сегодня у меня на очереди Гамлет…

  • Убить (дракона)

    На днях разговаривали с Галкой о том о сем: обсуждали мой сценарий, а потом еще и зацепились за сериал ТЫ (который она же мне и посоветовала…

  • Секретные материалы — все

    Полгода — с нынешней весны и до позавчера — я смотрела про Малдера и Скалли. Все десять сезонов, все 218 серий. И кстати, в первый раз.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments