Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Categories:

Дорога в Братск

Я не хотела ехать в Братск, как журналист. Как писатель – тем более. Ну, какой я писатель? Как борода не делает философа, так и наличие книжек не превращает человека в писателя. Хотя когда еще Анатолий Иванович Кобенков цитировал мне Полевого (вот только не помню – Бориса или Николая…): если книга не издана, она не написана. Я подумала, что будет логично, если  я поеду в Братск как путешественник. С тем же настроем, с каким я ехала в Варшаву и на Аршан, к Байкалу и по Европе, и даже очередная Москва – это всегда путешествие. Так почему бы мне не поехать с тем же ощущением нового в Братск, тем более, что дальше Усольского района я уже нигде и никогда не была – только на поезде проездом, глядя в окно и печалясь увиденным.  А тут мне предлагалось 618 километров преодолеть на автобусе, посмотреть своими глазами, побывать, понюхать (о да, именно!) и совершить путешествие в чистом виде.
Что скажу, забегая вперед. Журналист победил. Путешествие, само собой, получилось. И я увидела и почувствовала, и ощутила и многое другое, но…
«Ты не станешь писать. Не посмеешь, потому что… Потому что ты сама знаешь почему! Потому что надо уважать людей. Потому что это их дом!» – и прочие интеллигентные сопли мотал на кулак мой внутренний путешественник.
«Ты не станешь писать. Потому что слишком мал повод для рефлексий. Как можно делать выводы, когда ты провела в пути лишь сутки с хвостом: в пятницу вечером выехала из Иркутска, а в воскресенье утром – уже вернулась. Этого слишком мало, чтобы делать некие обобщающие резюме», - спокойно констатировал мой внутренний публицист.
«Да ну?! Серьезно??!!! – ерничал и залихватски сплевывал себе под ноги совершенно отвязанный и насквозь субъективный журналист. – А с чего бы мне и не написать, ЧТО я увидела? И почему бы мне не сделать выводов и вообще не проорать и не проораться: люди! Люююююююди!!!! Ну как, как в начале 21-го века можно жить ТАК??? Как можно жить в этих Куйтунах, Тулунах, в этих Усольях-Сибирских. Ведь два последних – это вообще-то города. Называются городами…»
Ладно. Все ни о чем. Все проза и метафоры. А есть-то – жизнь. И она идет прямо сейчас и ровно также, как пару дней назад, когда я ее коснулась лишь носком сапога. Мне на самом деле нельзя делать выводы, но мне можно написать о том, что я видела и слышала.
Если бы я летела в Братск на самолете, все было бы совсем иначе. Не так больно глазам. Но самолет Иркутск-Братск-Иркутск – это 12 тысяч рублей. Неплохо, правда? Потому за две тысячи я скаталась на автобусе.
Меня пригласила приехать «в один из крупнейших промышленных центров Иркутской области и Восточной Сибири» (как пишет Википедия) Таня Клер. Таня – помощник депутата Думы города Братска Аркадия Владимировича Нестеренко. С Аркадием Владимировичем мы потом тоже познакомились, и он мне очень понравился – такой славный дядька, немного похожий на медведя, добродушный и большой. Бывший боксер, успешный бизнесмен с располагающей улыбкой.
Пару лет назад Таня заказывала у меня письмо от Деда Мороза – для своего среднего сына. Спасибо интернету – так мы и познакомились. Потом она стала моей читательницей – все книги, кроме «Стеклянных шахмат», у Тани есть, и я рада, что они пришлись ей к душе. Будучи человеком не просто неравнодушным, а с таким неизменным моторчиком, который не дает сидеть на месте, Таня в начале нынешней осени, прочитав, «Берег человека» написала мне: а приезжайте в Братск?!
И я согласилась. Танино обаяние, желание посмотреть Братскую ГЭС, возможность путешествия – почему нет?
Встреч было запланировано две – со школьниками, начинающими журналистами, которые постигают азы профессии в объединении при Дворце творчества детей и молодежи. И со взрослыми – из творческого объединения «Литературное братство». Ну и пообедать с депутатом.
Честно говоря, я была уверена, что народ не соберется. Сами посудите: суббота, последний день каникул (в Братске они почему-то случились неделей раньше, чем в Иркутске), на улице серо и моросит и – через весь город поезжай на троллейбусе в библиотеку… Короче говоря, я бы поняла и не обиделась. Однако народ пришел, и даже слушал, и задавал вопросы, и сам говорил о том, что думает про современную журналистику. А отдельные индивидуумы даже делали какие-то пометочки,  когда я советовала, что почитать. Совместными усилиями мы вывели с ними формулу, доказывающую, почему Братск является центром мира, равно как и другой населенный пункт на карте. Что есть вообще центр, и отчего центростремительность сменяется центробежностью… Это о том, что центр мира всегда индивидуален и зависит от нашей точки воззрения: на центр мира мы всегда смотрим изнутри, и не только смотрим, но и делаем, стараясь этот центр обустроить согласно нашим представлениям о том, как надо. Отсюда истоки профессионализма: не достаточно верить в свои силы, надо просто брать и делать то, что считаешь нужным, что идет на пользу твоему персональному центру мира.
Собственно, такая позиция была обнаружена мною у Аркадия Нестеренко. Мы обедали в «Фараоне» - интерьер египетский, кухня армянская, эклектика, ничего лишнего. Кстати, было вкусно: семга на решетке и салат в сырной корзинке – и низкое небо за окном. Время от времени собирался дождь. Мы говорили про рыбу, про коттеджные поселки, про розу ветров, про производство, про аэропорт, про цены, про градостроительную политику, про то, что жить интересно и как сделать так, чтобы этот интерес не прекращался. Потом Аркадий Владимирович предложил быстренько скататься до Братской ГЭС, что мы и сделали, и даже проехали по ней из конца в конец. И – да. Зрелище поражает. И есть, чем гордиться. На самом деле – есть, чем гордиться. (Оставим в скобках Братское море, похоронившее, в том числе, и деревню Филиппово, где родился мой дед. Речь – о производственной мощи, которая не может не поражать, как творение рук человеческих).
Потом в библиотеке собрались взрослые. Их даже было больше, чем детей, хотя опять же суббота, середина дня, дождь и слякоть. Со взрослыми мы говорили уже о книгах и чтении, о том, как заставить (не согласилась) подрастающее поколение читать, о неоднозначности интернета и о том, почему Пушкин – гений. Я рассказывала про книжки, про Алекса Резникова и Женю Липину, мне дарили свои стихи, потом – приглашали в гости на чай и приезжать еще. От чая пришлось отказаться, а на приглашение – согласиться. Надо уж приехать, так приехать, на пару дней хотя бы, чтоб не торопиться никуда – нам есть, что показать! – и я кивала головой в ответ. И не то, что из вежливости.
Вот я ничего, по сути, не увидела особенного: меня нельзя удивить обшарпанными домами, и, как в Куйтуне - дыркой в деревянном туалете без лампочки, что ночью особенно пикантно, впрочем, на такие условности никто не смиотрит, просто не закрывают дверь люди. Во мне нет брезгливого чистоплюйства к раскисшим от грязи дорогам – я видела и знаю, что ТАК. И целые коробки домов – полуразрушенные, с глазницами выбитых окон, что стоят вдоль дороги, когда отъезжаешь от Усолья – говорят, там раньше стояла военная часть, а теперь ее расформировали, и военный городок постепенно приходит в упадок. Но.
Но!!!
Но…
Как же можно с людьми – так? И кто это с ними – так? Что ли инопланетяне прилетели и нагадили? Что ли какие-нибудь интервенты-лазутчики, специально заброшенные десантом, провели свою подрывную разрушительную деятельность? Что ли люди сами не видят, как они живут и что так, жить нельзя… А что они могут сделать?
Что они могут сделать, чтобы не жить ТАК?
Сегодня – только одно. Уехать.
Потому и уезжают. Или вот как братчанин Нестеренко – чего-то пытается сделать. Я не знаю, как он пытается и то ли, что надо. Я не знаю – не вдавалась в подробности!! Но я просто вижу по его глазам, что он ХОЧЕТ сделать лучше и прилагает к этому усилия. Я просто вижу как Таня Клер, которая несколько лет назад перебралась в Братск из Якутии, влюбилась в этот город и теперь, извините за неблаговидное сравнение, носом землю роет, чтобы ее любимый Братск имел возможность получать все самое лучшее и интересное. Потому что люди этого достойны! И потому она собирается сейчас привезти продюсера фильма «Вий» - пусть братчане увидят пилотный ролик, пусть им будет здорово и гордо, что именно они увидели и познакомились.
Я уважаю. Вот этих людей, которые собираются вместе и обсуждают стихи. У них выброс идет справа или слева, или еще окуда-то, у них столько ПДК, что любое мировое сообщество упало бы в обморок от одних только цифр, а они – собираются и читают стихи.
Или из Куйтуна мне пишут: наша больница – самая лучшая из всех районных больниц области. У нас там так красиво, есть лавочки и фонари, и молодежь там даже свидания устраивает.
Мне звонят из Усольского района: приезжайте в гости, у нас хорошее село, добротное, у нас от тракта до самых ворот школы есть асфальт.
Когда ты сидишь дома, в Иркутске – все эти ПДК, ночные деревянные туалеты и асфальт в деревне – так далеко и неправда, такая гипотетика и сплошная метафора. Тем более, можно залезть в интеренет и посмотреть блестящие фотографии про Восточную Сибирь Николая Тарханова. И на его фотографиях – не фотошоп, а правда! И наша Сибирь прекрасна. Но когда ты едешь ночным автобусом из Иркутска в Братск, едешь через ночные города и поселки, которые почему-то именно ночью выглядят не просто зловеще, а окончательно безысходно…
Знаете, в чем окончательная безысходность? Неоновые веселые рекламы над полнейшей разрухой. Светодиодные гнутые буквы как желание хоть как-то украсить.
Для чего я о том пишу? Ни для чего. Да, меня хорошо приняли в Братске и, если карта ляжет, то я поеду туда еще – почему нет? И в Куйтун поеду. И в Тулун. Потому что там – люди. Люди, которых загнали в такую жизнь. Люди, которые позволили себя загнать в такую жизнь. Люди, которые…
Я все время пытаюсь понять: в чем причина? Ну, в чем!? Ну, кто виноват? Ведь так нельзя! Нельзя так жить, нельзя так с людьми… Но раз это происходит.
Есть такой фильм «Вкус солнечного света». Действие проиходит во время Второй Мировой. Трое фашистов пытают одного пленного. Остальные пленные – может быть, сто или двести человек в колонне, стоят и смотрят. Много позже один из героев фильма спрашивает другого, того, кто стоял в той колонне: как же так? Ведь вас было двести человек, а их с автоматами всего трое. Вы должны были устроить бунт, да, кто-то бы погиб, но большинство бы спаслись!! Почему?? Почему вы стояли и молча смотрели?! Хотя вас было двести, а их всего трое. Почему???!!!
И не было ответа. Понимаете? Не было ответа… Страх за свою персональную жизнь, стадное чувство, вера, что все обойдется; знание, что главное - что это происходит не со мной.
Это не со мной. И какое мне дело до ПДК и разрухи. Я приехала и уехала – и это не моя проблема. Да и что я могу? Чем я могу помочь этому Нестеренке, который числится в местной братской оппозиции? Как я повлияю на куйтунскую администрацию, которая не может сделать нормальный туалет на автостанции, чтобы людей – ЛЮДЕЙ! – не низводить до состояния скота? Что это вообще за интеллигентские слюни – подумаешь, дома обшарпанные и асфальт растрескавшийся. И такая дорога, что 600 километров автобус преодолевает больше, чем за 11 часов – посчитайте-ка среднюю скорость самостоятельно, и сделайте вывод о качестве дорожного полотна.
Так что я могу? Единственное – рассказать. Теми словами, которые мне доступны. Просто и честно о том, что видела и о чем думала. И сделать какие-то свои выводы. К ним можно не прислушиваться, но это не мешает мне их сделать – не так ли?
Люди достойны жить. Без всяких условностей и «потому что». Потому что здесь может быть только одно – потому что они люди.
У нас на самом деле великая и прекрасная родина. Прекрасная как на фотографиях Николая Тарханова. И великая как Братская ГЭС. И то, что у меня (буквально!) болит сердце от того, что я вижу – как хорошо было бы списать на мою повышенная эмоциональность. Но дело не в эмоциональности, а в журналистском взгляде, который постепенно превращается в публицистический, когда – я не могу ничего сделать, кроме того, что рассказать.
И я рассказываю.
В знак уваженеия к тем людям, которые стараются хоть как-то улучшить эту жизнь. Каждому из нас даны свои инструменты: у депутата они одни, у бизнесмена – другие, у поэтов – третьи, у журналистов – четвертые. Врач лечит, учитель учит. Каждый из нас делает свой труд. Может быть, если все мы будем делать свое дело честно, может быть, тогда…
Делай, что должно, и будь, что будет.
Это единственное, что нам остается.
Автор благодарит за теплый прием в Братске – Татьяну Клер, которая все придумала и организовала, Аркадия Нестеренко – за экскурсию, беседу, любовь к Братску и рецепт хреновухи (вот это вещь так вещь, доложу я вам!!), «Литературное братство» и лично Иннокентия Медведева, Центральную библиотеку города Братска и молодых журналистов, которые вежливо слушали мои разглагольствования целых два часа.
Спасибо вам. И пусть воздух над Братском всегда будет чистым.
Tags: Майселф, НАСТЯ, Посевы
Subscribe

  • Пара разрозненных мыслей

    *** Почерпнула в интернете хорошую бесхитростность: Отношения между людьми портят всего две вещи: правда и вранье. Сразу вспомнила к случаю мысль…

  • Время чудес

    Сегодня мои иерусалимские друзья зажигают последнюю ханукальную свечу. Я тоже зажгла. Благодарность моя за чудеса, случившиеся, случающиеся и те, что…

  • Одиннадцать месяцев...

    ... осталось до дембеля. Сегодня ровно месяц, как я - мать солдата. Вернее, так: месяц и три дня прошло с тех пор, как средний оказался в армии. А…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments

  • Пара разрозненных мыслей

    *** Почерпнула в интернете хорошую бесхитростность: Отношения между людьми портят всего две вещи: правда и вранье. Сразу вспомнила к случаю мысль…

  • Время чудес

    Сегодня мои иерусалимские друзья зажигают последнюю ханукальную свечу. Я тоже зажгла. Благодарность моя за чудеса, случившиеся, случающиеся и те, что…

  • Одиннадцать месяцев...

    ... осталось до дембеля. Сегодня ровно месяц, как я - мать солдата. Вернее, так: месяц и три дня прошло с тех пор, как средний оказался в армии. А…