January 19th, 2012

writer

Перехватывает...

Я сейчас на заказ литературно обрабатываю одну родословную.
Родословная двух сибирских родов, которые попали в Сибирь и обосновались в Куйтунском районе в период переселения крестьян во время Столыпинской реформы.
... Закончилась война, отец, слава Богу, вернулся живой - в семью, где трое детей. Дочери тринадцать, сыну семь. А самая старшая в шестнадцать лет, после окончания курсов телеграфистов, была призвана в 1944 году, но не в действующую армию, а для работы телеграфистом в Севастополе. После победы ее не демобилизовали сразу, как и многих, и до 1947 года она служила на севастопольской почте.
В 1946-м году отца назначили в селе заведующим пекарней. Конечно, правдами и неправдами муку удавалось по горсточке собирать. Когда вот так набиралось десять килограммов, четырнадцатилетнюю дочь снаряжали в путь: с рюкзаком она от родного села 19 километров шла до Кимильтея, где садилась на подножку проходящего товарняка и доезжала до Зимы. Там на базаре продавала татарам муку, шла на почту и вырученные 300-400 рублей отправляла переводом старшей сестре в Севастополь. Потом - обратно на товарняке до Кимильтея и пешком 19 км до родного села.
А сестра получала деньги, шла на севастопольский базар и за 250 рублей покупала буханку хлеба. Там вообще был страшный голод...
Вот слушайте. Они - выжили. Они сейчас смотрят сериалы и заразительно хохочут над Петросяном, они ВООБЩЕ не жалуются, в отличае от нас. А если и брюзжат по стариковски, так по каким-то совсем уж мелочам - опять внучка не надела теплую шубу, а усвистала в курточке. И даже умудряются свои крохотулечные пенсии откладывать, чтобы сотню-другую правнуку сунуть тайком "на конфетки".
И вот мне почему-то ничего в голову не приходит, кроме того, что просто упасть на колени и отдать земной поклон.