February 1st, 2011

writer

К вопросу о разноцветном оптимизме

 Один мой хороший знакомый написал мне:

"Редко, но захожу в живой журнал, читаю вас :)
Сложилось у меня впечатление, что не самая светлая полоса у вас сейчас..."

Я этому удивилась как-то даже - потому что полоса у меня самая обычная. Без надрыва. И совершенно как в анекдоте про зебру. Бывали ведь и у меня полосы, по сравнению с которой нынешняя - кристальной белизны. И кстати, давно и не только мной подмечено: чем депрессивнее тексты, чем темнее в них слова, тем менее катастрофичным на самом деле является положение. Потому что когда действительно все плохо, то силы на написание подобных текстов не расходуются. А мобилизуются на то, чтобы поддерживать саму себя. Это раз. А во-вторых, срабатывает закон компенсации - когда совсем уж мрачно, хочется светлого и легкого. И красивого, и возвышенного, и такого щемяще прекрасного. Вот для примера могу сказать, что в один из самых тяжелых жизненных периодов у меня вышла серия самых, пожалуй, запоминающихся интервью. Вот это, например.

Потому что работой всегда спасаешься:)

И вот такое скромненькое нытье в журнале вовсе не говорит о том, что все плохо. Впрочем, про плохо никто ни словечка. Включая и моего знакомого. Он же свои наблюдения обозначил так: "не самая светлая полоса".
Ну да - не самая светлая. Читай - серая. Говорят же серые будни - вот у меня серые будни. И можно вот так всю жизнь в серых буднях прожить. О чем и он, собственно, пишет:

"Сам проработав десять лет в школе и занимаясь в том числе рутиной до 21-22 часов ежедневно, понял, что так жить нельзя. Точнее, некоторые так вполне могут и по-другому не умеют или не хотят, но это лишь некоторые... И пирамиду Маслоу еще никто не отменял, поэтому говорить о высоких материях, пока не закрыты базовые потребности, не приходится..."

Я, видимо, все никак поверить не могу, что любой человек достоен не серого существования. И что белым его можно сделать только самому. И что ныть проще, чем работать. Можно сколь угодно долго длить эти прописные истины, а толку...

Хочешь поменять жизнь - поменяй. Есть единственное, что может помешать тебе это сделать. Ты сам.

Неужели?????

А если вспомнить, что цветов не три означенных - черный, белый, серый, - а для начала три основных. А потом еще и радуга. А потом количество оттенков подсчету вообще не поддается... И с крыш капает уже!.. А это значит, что черно-белая пора заканчивается...

И может быть, даже в жизни:)

Главное не терять настроя и настроения.
... Где там моя запылившаяся палитра?!
writer

Мэри Шелли

 Мэри Шелли умерла 1 февраля 1851 года

Франкенштейн - имя нарицательное. И вполне одиозное. Тем сильнее было мое удивление, что придумала Франкенштейна женщина. Да еще к тому же жена поэта романтика Перси Шелли.

Этот роман у меня прямо сейчас Матвей читает. Купи, говорит, мне, мама, про Франкенштейна. Кстати, имей в виду, что там есть второе название "Современный Прометей".

Меня этот Прометей и смутил - срзу подумала, что это не тот Франкенштейн, а какой-то другой. Менее чудовищный. Более возвышенный.

Оказалось - тот самый. Чудовищный. Хотя и возвышенный - все-таки жена романтика сочиняла.

Самое поразительное, что эту книгу, написанную языком первой половины 19 века, одиннадцатилетний отпрыск прочитал. И даже сумел пересазать основную фабулу.

Тоже, что ли взяться?...
writer

Лейба Бронштейн и прочие

  - Что-то я должна была написать? - говорю я в меланхоличном раздумье. Голова занята совсем не тем. Но что-то же я хотела написать...

- Вероятно, "Войну и мир"? - замечает Матвей. - Вынужден тебя огорчить. Она уже написана Львом Николаевичем Толстым.
Хороший здоровый сарказм.

- А ты знаешь, почему плюшевых мишек называют тедди? - спросил он меня перед этим. И не дал ответить (я, кстати, не знала), а сам рассказал, что в честь Теодора Рузвельта, который на охоте спас медвежонка и еще что-то такое трогательное.

А вчера он просто потряс меня знанием того, кто такой Троцкий. Причем сказал что он был одним из идеологов революции и потом министром иностранных дел. Перепутать министра с наркомом (к тому же это одно и то же) - просто мелочевка. Особенно с учетом такой фразы:

- Троцкий не настоящее имя. Его на самом деле звали Лейба Бронштейн.
Просто сложно представить, что еще есть в его голове.

(Вчера захожу к нему в комнату, а он в википедии читает про Георга VI. Как принято говорить в таких случаях - тихонько прикрыла за собой дверь).