Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Categories:

Точка спирали

Как мираж и фантазия, как химера,
Выпадая крупой в осадок,
Мир скукоживается до размера
Старшей группы детского сада.
Так сжимают в руке ледяной снежок
И горит ладонь, как ожог.

Время тело снашивает и точит,
Разбивает судьбы, как мы посуду.
Все спирали заканчиваются точкой,
Если смотришь уже отсюда.

Наталья Дудкина

Нынешняя летняя спешность (еще вчера было 2 июня, когда я писала - лето-то проходит..., а уже ромашки - символ той самой середины, экваториальной гвинеи какой-то просто напросто).
В ночь на пятницу жгла костер, пила шираз номер 18 (в том смысле, что восемнадцатый сорт/вид по счету). Мало того, что он оказался 18-й (ого-го! привет тебе жизнь!!), он еще и превосходно назывался - Великое Ожидание.
Сижу, однм словом, жду. Чего?
С одной стороны - самолетов/open air/gait number... А это значит - путешествий и возвращений + я соскучилась и даже тоскую по.
С другой - не сильно я уже чего-то такого и жду. Делаю книжки почти как починяю свой примус. Поняла в процессе о чем соскучилась: за рутиной дел и сует перестала делать свои книги ручной работы, а уже руки "привыкшие к топорам" хотят раззудить плечом.
Перестала писать тексты - а ведь можно было описать прекрасные Большие Коты...
... описать, как придумала очередную молитву (под названием гранатовая)
... как видела сон про лифт - тяжелый сон, трудный, с беспризхорниками грязными и оборванными детьми, с психически неуравновешенной дамой из прошлой жизни, которая поселилась в доме моих друзей, с каким-то запахом первого мокрого снега, который традиционно навевает на меня тоску...
... как читаю с замиранием сердца, души и - просто до слез радостного восторга книгу Кати Боярских, она у меня в телефоне живет навсегда. Я ее открываю в любой точке, и читаю. Вот, например

"Наша гора (мы живём, а она стоит у нас за спиной) обладает пространственной странностью: она
меняется и определяет путь идущего по ней так, как хочет сама. Когда-то по ней проходила
отчётливая Первая дорога, у которой был спутник-привидение — Вторая. Вторая ниоткуда не
выходила и никуда не приходила, она была такой широкой, что иногда казалась наклонным полем,
границы которого терялись прямо под ногами. На Вторую с одного и того же места то можно было
выйти, то нет. Гора сворачивалась и разворачивалась, укрывала или открывала её по своему
желанию. Иногда я выходила туда, а иногда она исчезала — на её месте оказывались заросли ярко-
красной костяники, или детский лес осинок, или море папоротника. 
Особенностью Второй было странное преломление, знаком которого для меня были поляны
лисичек, которые начинались прямо за ней. Лисичек было столько, что земля под ногами была
оранжевой — как во сне, где нет ни в чём недостатка. Но я ходила туда не только ради них, не ради
обострения резкости на границе сна и яви. Самой удивительной особенностью Второй было то, что
она меня удочерила. Там, и только там я испытывала совершенно определённое и несвойственное
мне в обычной жизни чувство — что есть нечто, которое меня любит. Оно обнимало меня и было со
мной, ничего не хотело — не только от меня, а вообще ничего. Чем бы оно ни было, оно выглядело
как Вторая — чистый кусок среди леса, по которому можно было идти, но нельзя прийти ни в одну
конкретную точку. Я тогда думала, что её начало и конец, наверное, просто не здесь, они скрыты от
меня. Теперь я в этом уверена.
В этом есть необъяснимая для меня странность, выверт, похожий на искажение пространства
горы, которое само принимает решение, найти мне Вторую дорогу или потерять её навсегда: как
будто источник родительской любви вышел на поверхность только здесь. Это место любило и,
кажется, до сих пор любит меня как собственного ребёнка — его не интересует ни мой разум, ни
мой ответ.
Я редко хожу туда. Кажется, чем дольше жду, тем больше шанс снова попасть туда и
почувствовать то же, что и раньше: есть нечто, и оно меня любит, а может, слово «нечто» излишне, а
просто есть любовь, по каким-то причинам избравшая точку проявления и прикреплённая к ней.
Контакт возможен только там, и даже если я не могу туда попасть, нет причин думать, что она
закрылась от меня навсегда...
Я вышла на Вторую. Она была вокруг меня и внутри, и я вспомнила, что так было и раньше.
Странное ощущение — быть любимой. Я стала тонкой перегородкой между самой собой и
окружающей меня силой, и наконец-то не было никакой разницы между веществом любви внутри и
снаружи. 
Я сидела на Второй дороге, которую не видела, не чувствовала много лет, и это определённо
была она, всё глубже уходящая во время, спрятанная, навсегда живая. И это определённо была я —
тоже неузнаваемая, изменившая облик, но верная тому, чему верю, и любимая тем, что люблю.
Начало и конец дороги скрыты от меня, но я по-прежнему могу узнать её любой, как бы она ни
выглядела..."

В общем. если коротко -хочется дышать широко и привольно. И разве мне кто-то/что-то мешает?
Дышать - точно нет.
Tags: Майселф, Смысли, Стиши
Subscribe

  • Геолокации: очередная чудесность

    ЖЖ оказывается, сочинил новую фишку. И если в предыдущем тексте (Человек! Иди за солнцем) вы кликнете на геолокационную точку, что определена…

  • (no subject)

    Столько всего случилось за последнее время. Но случилось и внутренне странное — жж вдруг перестал быть важным мне. если раньше я фиксировала сюда…

  • Дневник как дневник

    Итого: второй день живем в осени. Что имеем по факту того, что в календаре было помечено как лето? Лето нынче у персональной меня было всем летам…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments