Nastya Yarovaya (nastya_yarovaya) wrote,
Nastya Yarovaya
nastya_yarovaya

Category:

Книги

Я люблю книги. При всей банальности и даже какой-то беспомощности в звучании - именно то и так я бы сказала, если бы меня спросили про меня саму, про книги, про взаимоотношения и много про что еще.
Моему жж уже 12 лет, и если заглянуть во вкладку профиля "интересы", то там обнаружится всего три позиции: деревья, книги, свои дети. При том, что деревья появились сравнительно недавно - всего года три назад, когда началась моя история с Яровым лесом. А книги и свои дети - как неизменный предмет не просто интереса, но подлинной спокойной и ровной любви - были всегда. Кстати, про глагол любить. В английском языке фраза "я люблю книги" будет звучать как I like books (не love - которое все же говорят о человеке). А вот в иврите это будет звучать так -
אני אוהבת ספרים (ани оэвет сфарим - я люблю книги) как и אני אוהבת אותך (ани оэвет отах - я люблю тебя).
Книги не просто нравятся мне. Я их в самом деле люблю.
И речь идет не только про читать. Я люблю книги как предметы, как объекты, как артефакты, как вещи, в конце концов.
Я люблю листать книги, рассматривать, нюхать, прижимать к себе, носить в сумке, держать под подушкой, брать с собой.
Люблю делать книги, верстать, печатать, шить вручную, подрезать гобелем, клеить, чинить, придумывать, что будет на обложке и какой она вообще будет.
Короче говоря, книга для меня это не только текст. Хотя само собой, текст - это все же 80 процентов того, что называется книгой.
Я читаю каждый день не потому, что надо тренировать мозги или прочитывать какое-то необходимое количество книг в год. Книги просто стали моей любимой привычкой, хотя бывают дни, когда я читаю совсем мало. Например, всю недавнюю весну я читала только стихи, а за прозу не бралась вообще давно.
Прямо сейчас я читаю великолепную (эссеистику? публицистику?) Харуки Мураками Писатель как профессия. Я купила ее в недавнем мартовском Питере в Подписных изданиях, что на Литейном, где мы провели, пожалуй, часа три - блуждая глазами и руками по полкам...
Надо ли говорить, что книжные магазины (особенно букинисты...) и библиотеки (и личные, и общественные, любые вообще!) я тоже люблю. Как и просто книжные полки и шкафы. И соответственно: надо ли говорить, что букинисты, книжные полки и шкафы, в том или ином виде, мне встречются на каждом шагу?
В свое время у меня была идея для израильского города Бейт-Шемеша: сделать шкаф/полку, куда приносить старые выброшенные книги. Я где-то здесь в жж уже писала об этом, как о своей неудаче. Но и как об удаче тоже! Потому что такой шкаф не так давно там был оборудован:)) Пусть не мной - главное, что идея оказалась верной.
На днях я шла по лесу вблизи Смоленщины и - а как иначе?:) - увидела книжную полку прямо на дереве. И конечно, гадание по вытянутой наугад книге принесло мне блестящий ответ: творча криза. Книга оказалась на украинской мове, но это словосочетание явно не требует перевода.
А когда у тебя "творча криза", первое и главное, что ты можешь сделать - это просто читать книги.
Собственно, у Мураками об этом много и хорошо написано.
Просто открывай книжку - и читай. Не пошло чтение именно этой? Закрой и возьми другую. Открой с любой страницы - и начинай бежать глазами по строчкам.
С Мураками, как положено, вообще все не так просто. (В значении: не просто так:))
Мой первый серьезный творческий и человеческий кризис произошел в 1996 году. Это был поворотный момент моей жизни, и с большой уверенностью я могу сказать, что та я, которая есть сейчас, начала становиться такой именно в 1996 году - в год моего 24-летия. И безусловно, я помню три книги того времени, которые перевернули меня, начали процесс делания той версии меня, которая за эти годы отточилась, пообтесалась, отшлифовалась в Настю Яровую образца 2020.
К 24 годам я росла в значении вырастала из ребенка во взрослого человека.
К 48 годам я росла, в значении пыталась осознать себя внутри мира. Пыталась ответить на вопросы: кто я, что я, зачем, почему, как и все остальные, которых в русском языке в избытке.
Те три книги, с которых началось, как теперь уже ясно, мое осознавательное 24-летие, пришедшее на смену вырастательному:

Милорад Павич. Хазарский словарь
Харуки Мураками. Охота на овец
Умберто Эко. Маятник Фуко

Нынешний високосный мой год - это год серьезных испытаний. Что рассказывать... Мир и люди сошли с ума, но и сплотились, и пытаются держаться - и друг за друга в том числе (имееются в виду - мир и люди, а нет просто люди). Кто-то не выдерживает. У кого-то жизнь катится под откос, в тартарары... Кто-то старается и стремится. Приходят моменты истины, но и времена отчаяния. Иногда сложно не упасть духом, а иногда не выдерживаешь и падаешь. Порой приходится держаться самому, а порой - за других. Если делать шаг не получается, тогда приходится ползти к своей цели или хотя бы просто лежать в ее сторону... Что говорить... Каждый справляется по мере сил и возможностей.
И хорошо, когда в тебе есть вот такая любовь: абсолютно безусловная, поддерживающая, которая сложилась в тебе еще в первое "вырастательное" 24-летие, сформировала тебя и закрепилась в твоей душе окончательно в твое следующее "осознавательное" 24-летие и теперь помогает тебе в твое следующее - дай бог - 24-летие, которое уже началось и которое пока имеет условное название - "исправительное".
Пришло время исправления.
Так или иначе, процесс осознания себя не может прекратиться. Но и быть вечным он, как видится мне сейчас, тоже не должен. Пришло время редакторской правки. За 48 лет жизни уже удалось вырасти и осознать себя в мире. А потому - неизбежно - наломать дров, обрасти не только лишними физическими килограммами, но и шелухой наносного, где социальные роли, игры и маски уже настолько въелись и прикипели, что отодрать их можно только с кровью. С потом и кровью, я бы даже сказала. Потому что исправление себя - это не просто усилие и намерение, но и повседневный труд.
Какие книги придут ко мне на этом новом этапе? Я пока не знаю. Но ведь и в 1996-м, когда я читала много и безостановочно, впитывая в себя губкой этот фантастический новый мир, я даже не задумывалась составлять списки собственных эпохальностей. Более того! Уверена, что если бы тогда меня спросили о главной книге, я бы без всякого сомнения назвала Путешествие в Икстлан, Карлоса Кастанеды. Это сейчас, спустя годы, я понимаю, что все же оказало на меня настоящее влияние...
Так и сейчас. Я просто продолжаю читать книги, делать книги и любить книги. Мне есть, что исправить в себе. И я рада, что книги мне в этом в очередной раз помогают.
Не так давно, пожалуй, на прошлой неделе после очередной не самой простой ночи я встала утром и вдруг ощутила внутри себя странное желание: мне захотелось, чтобы у меня взяли интервью.
С чего вдруг? Как так?
Если мы хотим быть честными с собой, у нас нет выбора: надо попробовать разобратся в себе и своих желаниях предельно честно. Потому я начала перебирать варианты:
 - тебе хочется похвастаться, потешить свое самолюбие? (чем и как именно)
 - тебе хочется, реабилитировать себя в глазах определенных людей? (которые думают о тебе не то и не так, как тебе хотелось бы)
 - тебе хочется, использовать интервью для самопиара? (всегда есть проекты, которым нужна реклама)
 - тебе хочется вещать? (в широком смысле этого слова: сделать так, чтобы к твоему мнению прислушивались)
Все было плюс-минус так, но и не так. С одной стороны, всего выходило понемножку, но все равно чего-то не хватало. Ближе к обеду того дня наваждение вдруг спало точно также внезапно, как и появилось. Я "пришла в себя", встряхнулась/отряхнулась да еще и посмеялась, что вот надо же какая проруха на меня напала. И к вечеру уже совсем не помнила об этом эпизоде.
И не вспомнила бы и дальше, если бы не одно странноватое событие, которое приключилось со мной спустя несколько дней.
У меня взяли интервью.
Это получилось само собой. И поняла про интервью я лишь задним числом. Кусочек из него можно посмотреть тут.
Мысль о поиске стиля больше не занимает меня, но мысль о редакторской правке - да.
Я думаю, за 48 прошедших лет мой стиль (и я имею в виду не только тексты и не столько одежду, а все вместе и разом) уже сформировался. Пришло время править, доводить до ума, переписывать неудачные куски, безжалостно расправляться с длиннотами, а где-то наоборот - дописывать, обматывать и драпировать себя шарфом, стараясь, чтобы получилось красиво. В том моем понимании, которое и сформировалось во мне за прошлые годы.
Пожалуй, перечитаю три главных книги прошлого двдцатичетырехлетия - хочу посмотреть, какое впечатление они на меня произведут.

Tags: НАСТЯ, Посевы, Шарманка
Subscribe

  • Инфантилы и гаджеты

    Ник Хорнби. "Мой мальчик". Когда тебя окружают одни мальчики, поневоле с пристрастием посмотришь на книгу с таким названием. Тем более,…

  • "Нива": год сделал круг!

    Вот, собственно, и все. Ровно год назад, 9 ноября 2010 г. я начала ежедневную публикацию «Нивы», которая, как известно из классики, волнуется – если…

  • Велимир Хлебников

    Виктор Владимирович Хлебников, он же Велимир, ведущий теоретик футуризма, родился 9 ноября 1885 года. Вот его слова: "... чары слова, даже…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments